Я в СМИ

20 августа · №148 (6514)
“Небесное кино Владимира Шупегина”http://www.t-i.ru/article/new/7594

Небесное кино Владимира Шупегина

13 августа в сквере Авиаторов Тюмени на праздничном торжестве вертолётчику Владимиру Шупегину вручили медаль «За верность гражданской авиации».

Фото Шупегина у вертолета

На Шупегина обрушился поток отзывов россиян со всех концов страны: ведь он был первым вертолётчиком, создавшим уникальные фильмы.
Фото из личного архива.

В Тюмени он проработал 36 лет. Точнее: с 1980-го по 1992-й летал по всему тюменскому меридиану. В печально известные времена, когда у Тюменского энергетического комплекса отпала нужда в солидном вертолетном отряде, начались сокращения…

С 1991 года тюменские вертолетчики начали работать за рубежом по контракту с Организацией Объединенных Наций. Требования предъявлялись серьёзные, в том числе знание английского языка. Первая группа вертолетчиков, вылетевшая в Анголу, проявила себя достойно. Вторая группа, в которой был и Шупегин, вылетела по тому же маршруту в следующем году.

— Было нелегко, — вспоминает Владимир Александрович, — в Анголе только заканчивалась гражданская война, миротворцы от ООН должны были всеми силами препятствовать военным действиям. Вертолетчики разных стран, включая российских, ежедневно вылетали с ООНовцами по заданным маршрутам, обеспечивая перемирие… Все здесь было чужим: и уклад жизни, и климат, и постоянная напряженность. Словом, надо было заработать репутацию, чтобы обеспечить себя работой в ООН. И это удалось. Тюменские вертолетчики зарекомендовали себя профессионалами высокого класса: помогла суровая школа, пройденная ими на Тюменском Севере!

Шупегин — единственный вертолетчик, летавший в командировки с кинокамерой. Все свободное время отдавал съемкам, сам монтировал фильмы. У него не раз отбирали камеру, но он добивался возврата. Мог ли он, к примеру, упустить съемки на Гаити?! Правда, снять колдунов вуду не получилось — пленка оказалось пустой! Колдовство? Снимал последствия цунами на острове Суматра, где, к слову, умудрился взять интервью у Билла Клинтона. Трижды был в Афганистане, где встречался с бывшими участниками войны, в том числе и с пилотом, который должен был сбить взлетавший в небо экипаж российских пленников во главе с Владимиром Шарпатовым. Бывшие «афганцы», посмотрев фильм Шупегина об Афганистане, прислали Шупегину… две медали десантников и приняли его в своё братство московских десантников. А еще с помощью Интернета помогли сделать пять фильмов.

На Шупегина обрушился поток отзывов россиян со всех концов страны: ведь он был первым вертолетчиком, создавшим уникальные фильмы. Непрофессиональные — и этим подкупающие. Честные. Добрые. Задевавшие людей за живое. Шупегин делал невозможное: профессионалам не было доступа туда, где работали наши вертолетчики. А ему хотелось показать дома, в Тюмени, как, в каких условиях они работают. Достаточно перечислить города и страны, где он был с миротворческой миссией — Африку облетал вдоль и поперек. Работал в Мозамбике и Западной Сахаре, Либерии и Кот-д’Ивуаре, Эритрее и Южно-Африканской Республике, Судане и Центрально-Африканской Республике, Конго и Сьерра-Леоне и т.д. Тушил пожары в Испании и т.д. Последняя командировка, из которой он вернулся недавно, была в Ливан.

— Страна небольшая, население — 4 миллиона. Вся страна — сплошные населенные пункты, которые сливаются с городами, а их всего три. Хорошие люди, живут хорошо, — делится впечатлениями Владимир. — В магазинах можно услышать русскую речь — оказывается, здесь много русских жен и они довольны своим замужеством. Кстати, все, с кем мы разговаривали, очень тепло относятся к нашей стране, уважают нашего президента.

В Ливане, рассказывает наш вертолётчик, нет промышленных предприятий. Здесь выращивают овощи и фрукты, продают у себя и в европейских странах, и никакой химии — вся продукция чистая, потому имеет большой спрос. Командировкой он доволен: особых проблем не было, покой страны, а стало быть, и миротворцев, никто не нарушал. Зато душа болела за соседнюю Сирию, где гибли дети, шли бесконечные бомбёжки, взрывы. «Страшно смотреть, во что превратилась процветающая страна, — с грустью замечает Владимир Шупегин, — как хочется, чтобы во всех странах люди жили спокойно!»

— Коллеги шутя прозвали вас «африканцем», почему?
— Потому что я часто летал в Африку. Многие отказываются от этих командировок — не выносят жаркий климат, после второй командировки не соглашаются лететь сюда.

— Совсем недавно вы уходили на пенсию — и вдруг вернулись, вновь стали летать. Почему?
— В какой-то момент меня поразило: почему бьются самолеты? Оказалось, молодые летчики теряются в критических ситуациях, не могут принять правильное решение. Во время моей молодости новичкам в экипаже уделяли больше внимания, на авось никого не выпускали. А поскольку у меня большой опыт работы на Ми-8, я принял решение еще поработать, помочь новичкам. Не хочу, чтобы гибли невинные люди. Давайте серьезнее учить нашу молодежь!

За три месяца Владимир убедился, что его второй пилот Сергей Бойченко, проходивший стажировку, проявил себя прекрасно. Теперь он будет летать командиром.

— Свой профессиональный праздник встречаем дома! — улыбается Шупегин. — С семьей и друзьями. Желаю всем коллегам и друзьям чистого неба в полетах, выдержки и здоровья. И передаю большой привет читателям уважаемой тюменскими вертолётчиками газеты «Тюменские известия»!

А я от души хочу пожелать Владимиру Александровичу новых успехов. Еще не один год провести в небе, снять еще не один фильм и написать книгу о друзьях-товарищах — ведь у него за эти годы собран богатейший материал! Восхищаюсь его профессиональной биографией: летать за рубежом 24 года без единого срыва. Да еще получить медаль от генерала ООН Даниэля Опандэ, который дважды летал в командировки — только с Шупегиным. Высокое доверие и честь. К сожалению, генерал ушел из жизни, но он есть в шупегинском фильме — и это прекрасная память о прекрасном человеке и патриоте.

Удачи вам, Владимир Александрович!


4 декабря • №215 (6125)
Тюменские крылья в небе Анголы
От редакции. Читатели «Тюменских известий» давно знают Владимира Шупегина, вертолётчика «ЮТэйр», много лет работающего от миротворческой миссии ООН в разных странах мира.

Володя и дети

Шупегин слал в «ТИ» свои рассказы и заметки, усердно «распространял» нашу газету среди своих и зарубежных коллег. Летал. Выполнял свои служебные обязанности. А между делом снимал фильмы.
И, как выяснилось, готовил к изданию книгу, в которой, собственно, и рассказывал о том, что такое «должностные обязанности» тюменских авиаторов в так называемых горячих точках. И можно ли их уложить в стандартный «мирный» перечень…
В канун Нового года Владимир Шупегин представляет своим друзьям — именно таковыми он считает и журналистов, и читателей «ТИ» — главы из своей будущей книги, где вспоминает о своей первой командировке. Там, где работают наши вертолётчики, нет рядом ни газетчиков, ни кинооператоров. А Шупегин убеждён: люди должны знать о том, как хрупок мир на Земле. И как непросто восстановить его там, где воюющие стороны не могут прекратить кровопролитие…
Итак, место действия — Африка. Ангола. Начало гражданской войны.

Высадка на минном поле
…На аэродроме вновь получили задание и с комиссией помчались по бескрайним просторам провинции Куито. Облетели несколько деревень. Оставалась последняя: надо было забрать небольшую партию пассажиров. Одно плохо: в деревне площадка, как колодец, окружена высокими деревьями, оттуда не выкарабкаться…
Подлетели к намеченной деревне, заметили около маленькой речки хороший луг — и никто на нём не пасётся. А что, если мы высадим наших пассажиров на лугу, порожняком сгоняем в деревню, заберём там пассажиров, а потом заберём на борт и этих? С луга, используя воздушную подушку от винтов, спокойно взлетим без всякого риска!
Трава на лугу оказалась высокой. Едва касаясь колёсами земли, высадили пассажиров. Переводчик Антонио предупредил их: надо ждать! А мы залетели в деревню: там нас уже заждались. Подлетев к лугу, заметили: народ смирно стоит на том самом месте, где его высадили. Не разошлись по сторонам, как обычно. Что это с ними? Странно… Забрали их на борт: на лицах явно выраженный страх. Что случилось-то?!
После взлёта Антонио протиснулся в кабину и объяснил: мы высадили этих людей… на минном поле. Так вот почему там никто не пасется, вот почему люди сбились в кучу! Хорошо, что вертолет лишь завис над землей: оказывается, вся Ангола в минах. Впредь надо быть осторожнее.
По прибытии подсчитали своих пассажиров: их оказалось более тридцати, а на борту положено лишь двадцать. Стало быть, «зайцев» привезли.

У ООН своё оружие…
Интенсивность полётов увеличивается. Приходится выполнять несколько вылетов в день. Площадки маленькие, заходы сложные. Пилотирует Николаевич. Мне то и дело приходится отстёгивать ремень и выглядывать в проём открытого блистера при посадке: следить за хвостом, чтобы не зацепить что-нибудь… В напряжении проходит неделя, и вот мы прибыли в очередную деревню. Комиссия ушла на несколько часов — у них своя работа. А вертолёт обступили любопытные аборигены. Что-то обсуждают оживлённо. Дети, как всегда, прыгают вокруг нашей машины, улюлюкают… А нам это не мешает: главное — успеть поспать.
На следующий день — заслуженный выходной. По традиции, заведённой со времени создания авиации, — ужин с продолжением. Своеобразный разбор полётов и снятие стресса.
Но пришли техники, сказали, что наша «ласточка» готова к дальнейшим подвигам. Сели с нами. Пришёл переводчик Антонио, тоже приземлился за столом. Было интересно послушать о том, как он учился в России. И про войну в Анголе тоже…
Он рассказал: в Куито два военных лагеря — правительственные войска МПЛА и УНИТА. Между ними находится подразделение ООН, у которого, в отличие от всех, нет оружия. Брат Антонио служит в МПЛА, в спецназе, и говорит, что скоро начнётся война. Что выборы — это бутафория.
Разошлись поздно… Война войной, но надо бы и стиркой заняться: всё же тюменские пилоты, марку надо держать. Губернатор выделил нам венгерский джип. Антонио предложил показать дорогу на речку, чтобы постираться…

Международные постирушки
Вода в речке горная, чистая. Решили искупаться голышом — вокруг же никого. Только разделись, попрыгали в воду — тут, откуда ни возьмись, местные женщины: на головах тазики с бельем. Пришлось прямо в воде натягивать трусы, а полураздетые женщины преспокойно приступили к стирке. Совершенно не стесняются, работают, что называется, топлесс. Прелести, надо сказать, довольно специфические, африканские такие… Что-то лопочут на португальском, смеются, показывают на нас пальцем. Ну, думаем, наверное, мы им тоже не так чтобы сильно понравились.
Но Антонио подбежал, перевёл. Оказывается, ангольские дамы в недоумении: такие красивые, буквально ослепительные белые мужчины… и сами стирают своё белье?!
У кого-то из нашей группы оказались местные деньги — кванзы, и мы предложили женщинам за деньги помочь нам со стиркой. Стоимость стирки — а белья было немало — оказалась равной стоимости банки пива. Под общий смех, важно покачивая грудями, местные хозяюшки постирали всё наше бельё. И дали ценный совет: сушить его не на верёвке, а на траве или кустах. Манговая муха — любительница садиться на колышущееся бельё и откладывать там яйца, из которых вылупляются личинки, проникающие под вашу кожу. Из личинок своим чередом разводятся черви, от которых вас смогут избавить только хирургическим путём.
Вот такие новости. Так сказать, хозяйке на заметку.

Просто помогай — и всё!
А мы вернулись домой и выяснили: обеда нет. Его, собственно, никто и не готовил. Обычно продукты привозят на самолёте, и на неделе они должны были прибыть… Придётся подождать. Зато наш авиатор привёз посылку от менеджера, а в ней пакет местных денег — несколько миллионов кванз. Тюменские лётчики — «миллионеры». По крайней мере, выходной получился удачным. А в понедельник начинается новая трудовая неделя. Работы будет много: через неделю начнутся выборы, а контейнеры для них во многие деревни еще не завезли.
И мы начали развозить их по деревням. К слову, наш вертолёт ещё в Тюмени регулировал и «накручивал» инженер с завода-изготовителя двигателей. Готовился он для контракта во Вьетнам. Но контракт не пошёл, и вертолёт оказался в Анголе…
Погода солнечная. Жара свыше 30 градусов. Вертолёт тянет хорошо. К нам на помощь прилетели два ухтинских вертолёта МИ-8 МТВ новой модификации. Сначала экипаж ехал сюда, чтобы работать на правительство Анголы, но их перенацелили к нам. Мы им сразу показали на карте все особенности и возможные опасности полёта. Мы обязаны помогать друг ругу: россияне вдали от Родины не имеют права мериться собственным опытом. Просто помогай — и всё.
На шестой день три наших вертолёта отправили в Уамбо — столицу повстанцев генерала Савимби. Всё те же контейнеры для выборов (а нужны ли они местным?) не успели развезти по деревням.

Майору Фрагосу понравилось
…Куча контейнеров. Все вертолеты загружаются, предложили и нам. Майор Фрагос принес нам план работы: обработать две деревни. Взлетели. Казалось, что вертолетов в воздухе, словно ворон над вспаханным полем. Ландшафт в этих краях уже другой — горы, скалы. С трудом отыскали нашу деревню у подножия горы, вторую — возле какой-то речушки. Площадки ограниченные, маленькие, но все получилось как надо.
Вернулись в Уамбо, нам обещали еще два рейса, но груз не был готов. Интересно получается — на следующий день выборы, а груз все еще не готов. И притом в районе УНИТА. Если повстанцы проиграют выборы, то они обвинят ООН в саботаже и подтасовке голосов! Не приведи господь. Могут по этой причине начать палить из всех стволов по вертолетам… С такими мыслями мы вернулись в Куито.
Майор Фрагос с восторгом щелкал затвором фотоаппарата. После завершения полета через переводчика спросил: не может ли он со мной выполнить пилотажную зону на нашем вертолете? Хочет попробовать познакомиться с «восьмёркой». Сам он является командиром эскадрильи в Португалии, летает на американских вертолетах. Отказываться не стал, как-то неудобно было, заверил его: при случае слетаем.
Через несколько дней огласили результаты выборов: на несколько процентов опередил соперника нынешний президент от МПЛА Жозе Эдуарду душ Сантуш, а генерал Савимби от УНИТА проиграл. Повстанцы возмутились, начали припоминать, как шла подготовка к выборам, что контейнеры не были подготовлены. Конечно же, обвинили ООН и МПЛА в подтасовке. УНИТА вновь начала гражданскую войну.

Настоящая война
В деревнях уничтожали представителей МПЛА — кого расстреливали, кого рубили мачете и за короткое время захватили 85 процентов сельской местности. В руках правительства остались только несколько городов.
Недалеко от Куито в одной из деревень повстанцы зарубили довольно много представителей МПЛА. Собрали комиссию — и на трех вертолетах мы повезли их на место событий.
Зашли на аэродром — грунтовая полоса мокрая от дождя, зато пыли нет. Первый, болгарин, сел правее, метров за сто от встречающей толпы, второй — за ним. Мы правее их.
По пути я заметил: впереди перед нами, метров около ста, обрыв, переходящий в глубокое ущелье. Это неплохо. На всякий случай…
Нас встретили какие-то гражданские лица, солдаты и офицеры УНИТА в новых камуфляжах, рослые качки-спецназовцы, обвешанные ножами и оружием. Машины, на которых прибыли военные, стояли поодаль от перрона. Немного в стороне стояла «тойота» с крупнокалиберным пулеметом. Как бы для нашей охраны.
Комиссия уехала на расследование, встретилась с болгарскими экипажами. Рослые, важные, с нами только поздоровались, разговаривать не стали.
Прошло несколько часов. Комиссия возвратилась в каком-то печальном настроении. Разошлись по вертолетам. Мы тоже готовились к полету, но обратили внимание на плачущих женщин и детей. Когда они подошли к нам, я спросил у переводчика, что с ними? Он ответил: это жены и дети убитых коммунистов. И если мы их не заберём, их тоже убьют. Времени для размышлений не было. Я попросил переводчика и бортмеханика отвести их метров на десять от вертолета и ждать. Двери закрыть, запускаем двигатели… а когда будем готовы к взлету, как можно быстрее затащить их в салон.
Второй пилот возмутился: ты нас всех угробишь, зачем все это? Конечно, угроблю, если буду тебя слушать, подумал я, и, не обращая внимания, продолжал инструктировать: закрывать двери придется в разгоне, но мы не будем взлетать, а нырнем с обрыва в ущелье. Будьте осторожны!

Шальная пуля

На взлёте стрелять не будут?
Детей и женщин переводчик отвел в сторонку, пусть думают унитовцы, что мы тоже их не взяли. Время пошло на секунды: если повстанцы заподозрят неладное, подкатят на «тойоте» с крупнокалиберным пулеметом, и тогда будет весело…
Бортмеханик заскочил в кабину: запуск! Движения его были ошеломляюще быстрыми и точными. Едва ли не за миг вертолет был готов к взлету. Бортмеханик открыл дверцу, махнул рукой женщинам: бегите! Потом вместе с переводчиком взяли детей на руки и быстро затащили в вертолет.
Я следил за повстанцами. Они стояли неподвижно, но когда женщины побежали, там началось какое-то движение. В это время я рванул вертолет в разгон, не отрываясь от земли, услышал голос Александра: «Все нормально, командир!»
Тут перед нами оказался обрыв: поддергиваю шагом вертолет, чтобы при посадке не зацепиться хвостовым винтом за край обрыва. Кинул вертолет вниз, набирая скорость. Нам нужна пара минут, чтобы скрыться за скалой, и мы успели! Нам уже ничто не угрожало. Набрали высоту и потопали домой. Унитовцы на взлете стрелять не будут.
…Приземляемся в Куито. У членов комиссии перепуганные лица. Бормоча что-то типа благодарности, начинают выходить. А женщины и дети, все в слезах, то и дело повторяли по-португальски: «Обригадо, сеньорос!» — «Спасибо, сеньоры!» Пытаются целовать руки бортмеханика.
От толпы, встречавшей вертолеты, отделилась белокурая женщина лет тридцати. На чистом русском языке вдруг говорит:
— Спасибо вам, ребята! Я горжусь вами. Вся комиссия благодарит за спасение женщин и детей. Сначала мы испугались, когда вы приняли решение спасать людей. Я тоже сильно перетрусила. Факты убийства в деревне мы нашли, только нам пригрозили смертью, чтобы молчали. А эти женщины — свидетели их преступлений. Поэтому вы не только их спасли. Мы теперь можем представить документы для Совета Безопасности ООН и комиссии по правам человека.
Она сказала, что ее зовут Хелен Марин, она из Канады. Ее предки покинули Россию в 1917 году.
Владимир Шупегин.


09.11.2009

Тюменские вертолёты в небе Афганистана

Нина ЗАРУБИНА

В настоящее время шесть вертолетов авиакомпании «ЮТэйр» работают в Афганистане по контракту с миротворческой миссией ООН. Вертолетчики обслуживали первый тур выборов президента страны – доставляли в населенные пункты ящики с бюллетенями, а потом привозили их в Кабул для подсчета голосов. Когда было принято решение провести второй тур голосования, миссия ООН снова подключила к работе на выборную кампанию тюменские экипажи Ми-8.

Человеку несведущему может показаться, что ничего особенного в этой работе нет: привезли ящики, увезли ящики… На Тюменском Севере это обычное дело: в отдаленные поселки и стойбища авиаторы всегда доставляют и агитаторов, и всю документацию, а затем привозят урны с бюллетенями проголосовавших.

Но одно дело обслуживать выборную кампанию в родной стране в условиях мира и совсем другое – на территории, где практически идет необъявленная война. Да при том надо учесть, что полеты в горах требуют от пилотов особой подготовки. Поэтому для работы в Афганистане подбирают самые лучшие кадры.

Владимир Шупегин, отработавший в гражданской авиации 29 лет, из них 17 – за рубежом, облетевший практически полмира и снявший ряд уникальных документальных фильмов о работе своих товарищей в таких странах, как Мозамбик, Эритрея, Западная Сахара, Конго, ЮАР, Либерия, Сьерра-Леоне, Кот-д Ивуар, Чад и др., несколько лет мечтал попасть в Афганистан и снять очередной свой фильм.

Конечно же, он знал, что там особенно опасно, но отшучивался: «А где мы не рискуем?!». И вот Шупегин направлен в Афганистан как раз к первому туру выборов – во второй половине августа. Мы договорились, что он будет передавать информацию для газеты по телефону. Ведь сейчас к событиям в Афганистане, самой горячей точке планеты, приковано внимание всей мировой общественности.

Владимир Александрович позвонил вскоре после завершения первого тура выборов. Сказал, что у него отличный экипаж: вместе с ним летает тоболяк Марсель Тажиев – совсем недавно они работали в одном экипаже в районе Тобольска – обслуживали нефтяников. Марсель внешне настоящий богатырь, очень хороший летчик, сейчас с помощью Шупегина осваивает специфику полетов в горной местности. Настоящий профессионал и бортмеханик экипажа – Александр Пырьев. Их «восьмерка» работает безотказно. А главное – есть полное взаимопонимание, что очень важно, когда находишься в экстремальных условиях.

– По телерепортажам мы знаем, как опасно работать в Афганистане – сплошные теракты, гибнут люди… Как вы выходите из сложных ситуаций? – интересуюсь я.

– Во-первых, мы работаем под прикрытием уважаемой и солидной организации ООН, миротворческой организации, мы – гражданские пилоты. Во-вторых, стараемся летать повыше, где и болтанка меньше и меньше опасность быть сбитым, – говорит Владимир Александрович. – Конечно, поодиночке выходить в город нельзя (а мы сейчас базируемся в столице, в Кабуле) – могут похитить экстремисты, чтобы потом обменять на своих соратников, попавших в плен. Так что выходим в город только группой. А вообще-то, к русским здесь относятся хорошо. Говорят: хотя мы и воевали с вами, но вы помогали афганцам после войны, у нас была работа, дети учились, построены целые кварталы пятиэтажек… Кстати, среди обслуживающего персонала на аэродроме много говорящих по-русски афганцев. Относятся к нам дружелюбно.

– Что касается выборов президента, – продолжает Владимир Александрович, – многие в стране недовольны их результатом, говорят о фальсификации и настаивают на втором туре выборов. Они не доверяют президенту Карзаю. Талибы, наоборот, против выборов вообще. Говорят, нас обманули первый раз, обманут и второй. Мы устали воевать, хотим мира в стране, а президент Карзай не способен на это. Он – ставленник американцев, мы будем препятствовать выборам. К слову, они препятствовали и первому туру – отрубали пальцы голосовавшим…

Далее Шупегин высказал предположение, что ко второму туру выборов – 7 ноября – страна не успеет подготовиться. По официальным данным, в выборах участвовало 30 процентов населения, по неофициальным – всего 20. Притом совершенно не голосовали жители горных деревень – им попросту не завезли бюллетени…

После завершения выборной кампании экипаж Шупегина перевели в Герат, где жизнь гораздо спокойнее, чем в столице. Из Герата поступило второе сообщение от Владимира Александровича.

Экипажи Ми-8 разместили на американской вилле, охраняют их местные полицейские. Вертолетчики летают с представителями ООН по их базам. Полеты проходят без осложнений. Для подготовки второго экипажа Ми-8 к полетам в горах из авиакомпании прибыл пилот-инструктор Вадим Фаталиев.

Побывали пилоты на местных базарах, заваленных овощами и фруктами, которые поставляют Иран и Средняя Азия. Между прочим, цены ниже, чем в Тюмени. Подивились необычайно крупным клубням картошки.

В октябре Шупегин снова сообщает афганские новости.

Его экипаж побывал в Кандагаре, самой горячей точке страны.

– Садились на аэродром имени Владимира Шарпатова, – шутит Владимир Александрович. – Огромный, с множеством рулежных дорожек. Здесь много всякой техники – военных самолетов и вертолетов. Многолюдно. И небезопасно: террористы не дают жить спокойно. Даже гражданские вертолетчики с «восьмерок», обслуживающие миротворческую миссию ООН, не могут выйти из гостиницы без охраны, так что не понаслышке знают, что такое афганский экстрим.

Подлетая к Кандагару, Шупегин обратил внимание на распаханные поля. Оказывается, там будут маковые плантации. В стране с разрушенной экономикой самый верный источник доходов у населения – наркотики. Говорят, и в горах располагаются плантации, но делать съемки с борта вертолета Шупегину отсоветовали: плантации бдительно охраняются – не успеешь глазом моргнуть, собьют ракетой…

Несмотря на все усилия многотысячного воинского контингента, американцам не удается уничтожить в Афганистане терроризм. Более того, теракты становятся все более жестокими. Совсем недавно все телеканалы передали информацию о крупном теракте, лишившем жизни ни в чем не повинных людей. Шупегин рассказал: в Кандагаре часто случаются пробки на дорогах. В одну из них и врезался автомобиль смертника, начиненный взрывчаткой…

Репортаж об этом событии транслировали по всем телеканалам.

На днях Шупегин сообщил: принято решение о начале второго тура выборов президента Афганистана. Миротворческая миссия ООН принимает в них самое активное участие. Тюменские вертолетчики начали развозить ящики с бюллетенями по населенным пунктам.

– В первый день мой экипаж доставил 20 ящиков, а второй экипаж «восьмерки» – 40 ящиков, – сообщил Шупегин утром 27-го октября.

А 28-го грянул гром: впервые в истории ООН произошло беспрецедентное событие: подвергся обстрелу из гранатометов пятизвездочный отель «Сирена», в котором располагались некоторые представители миссии. Сразу же после обстрела в здание ринулись террористы. От рук боевиков погибло 12 человек, в том числе 5 сотрудников миссии.

Второй тур отменен. Президентом остался Хамид Карзай. А у наших вертолетчиков работы в Афганистане еще хватает.

© 2005-2009, АНО “Редакция газеты”Тюменская правда”
Зарегистрировано в Комитете РФ по печати. №44435 

5 thoughts on “Я в СМИ”

  1. Вставил в заметки в О/К, сразу посыпались отзывы…
    Хорошо пишешь, Володя…!
    А главное, мы ждем новостей…

  2. Как нас дома не грей, Не хватает всегда Новых встреч нам и новых друзей…

  3. Хорошие были статьи. А кто на фотографии рядом с тобой, похож на Баталина В.П.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *